Gellian (gellian) wrote in land_of_rainbow,
Gellian
gellian
land_of_rainbow

Но Ириссэ арфинга уже не услышал. Дальше Альдарион действовал уже на инстинктах, как всегда бывало, когда времени на раздумья не оставалось и вся природная рациональность нолфинга словно бы под порывом могучего ветра улетучивалась в один крохотный миг. Уже не тратя драгоценные мгновения на спасение теперь уже бесполезной крынки, которая к тому же и вовсе принялась распадаться под пальцами на несколько обломков, Ириссэ поймал наиболее прочный из них и, балансируя им не хуже заправского акробата, собрал стремительно утекающие на траву капли пахнущего пряными травами и солнцем меда, переливающегося всеми оттенками янтаря, от темно-бурого до прозрачного золотого. При этом нолдо поневоле пришлось опуститься на корточки и теперь он застыл, держа левой рукой остатки горшка с наполнявшим его угощением и, совершенно по-детски, запустив указательный палец правой в густую, вязкую, но при этом на удивление прозрачную массу, положил ее в рот.
И мир исчез. Все окружающее словно растворилось, не оставив никакого следа. Его с головой накрыл такой родной, с детства любимый вкус. Запахи луговых трав, что раскинулись сразу за холмом, на котором отец выстроил их усадьбу. Густое, сочное марево, поднимающееся от земли и словно обволакивающее тебя, дурманящее, но одновременно невесомое. И всегдашний легкий, на грани слышимости неясный гул. Пчелы. Они сновали повсюду, но те, кто приходил сюда впервые, никогда не замечали их. Только гул. Хотя пчелы и не думали прятаться, они просто облетали незнакомых эльфов, не считая нужным показываться им на глаза. Признавая вхожими в их владения только одну семью. И право это на союз с пчелами и собирание их меда передавалось в этой семье из поколения в поколение. И от поколения к поколению менялся вкус этого меда, всегда оставаясь одним и тем же для кого-то другого. Но для Ириссэ, игравшего на этом лугу, должно быть, прежде, чем он научился ходить, как день было ясно, что вкус его изменился снова. И он знал, видел, чувствовал каждой частицей своей души, чьи именно руки собирали его. Словно наяву слышал заливистый детский смех, ощущал стебли примятых трав от бегущих за ветром маленьких ножек, кожей чувствовал разгоряченное, сбившееся дыхание. А потом... уже куда более серьезно, по-взрослому вдумчиво, ловя и перехватывая потоки Владыки Ветра, чтобы те, послушные его воле несли пыльцу в заданном направлении. Неужели он и этому научился?..
И наконец... там, на холме... высокий стройный юноша с темными, почти черными волосами, свободно разметавшимися по спине и плечам. Его большие, лучистые, пронзительно серые глаза так похожи на глаза Элендэ. А черты лица, точеные и прямые напоминают его собственные настолько, что кажется, будто глядишься в зеркало. И этот поворот головы, и сама осанка, движение рук, распахнутых ветру, точно белые крылья. Его лицо спокойно, он наслаждается ветром, словно и правда парит в его беспокойных объятиях, вот только в самой глубине глаз навсегда застыла неизбывная печаль. Лилтасулэ... как же я мог оставить тебя...
Нолфинг не заметил, как по его щекам прочертили дорожки слезы. Странно... он уже так давно не плакал. Последний раз это было... тогда, после яростной рубки в Альквалондэ и горечи и ярости бессилия при виде отплывающих кораблей. После страшного опустошения, принесенного Словом Намо, когда все они, пролившие кровь эльдар, как один молча ожидали казни от своего Короля, но получили прощение. От него, но не от Валар... Именно тогда он, давясь судорожными рыданиями, бился на груди Нолофинвэ, загоняя вглубь рвущийся наружу крик, чтобы, не приведи Звезды, вдруг не услыхал Финдэкано. Потому что в первый раз тогда понял, что для них для всех будет дальше. И понял, чего для него одного уже никогда не будет. И вот теперь... Элендэ, любимая, воистину ты не могла сделать более беспощадный и бесценный подарок. Спасибо тебе... спасибо за эту рану...
Нолфинг сморгнул, и видение растворилось, растаяв в горько-сладком запахе меда. А Арнирэ все так же сидел, невидяще глядя в одну точку и хрустальные капли равномерно скатывались с ресниц, падая в густую траву.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
  • 19 comments
Ветер донес до чуткого носа эльфенка, притаившегося в кустарнике, теплый аромат меда. Мальчик от удивления даже бросил теребить гриву коня и осторожно отвел рукой ветку, закрывавшую ему обзор. Лукавая рожица на миг выглянула из кустов и тут же спряталась. На тропинке косорукие эльфы пролили такую большую кучу меда и эльфенок только вздохнул, глядя на залитую медом траву. Но мало того, они теперь его еще и есть принялись. Линк удивленно глядел на обжор не понимая чего это они так вцепились в сладость. В лесу ведь есть множество меда, к чему такая поспешность. Мед Линк любил и теперь невольно облизнулся, глядя на медовую травы. Чтобы лучше видеть мальчик встал на спину коня и держась за шею животного, снова высунулся из куста.
Опэлтир тихо ругнулся после того как криворукие нолфинг и арфинг раздавили горшочек с медом и пролили его содержимое на траву. Нет, феаноринг не то чтобы очень любил мед, но он страшно не мог терпеть неоправданный расход ресурсов, а это был именно он! Когда же Ириссэ принялся собирать мед пальцами и облизывать их, мнение Опэлтира об этом не в меру спокойном потомке Второго Дома опустилось намного вниз, но потом, глядя на то, что стало происходить с Ириссэ, феаноринг понял, что этому было свое объяснение.
Опэлтир рванулся вперед, отшвырнул стоящего на корточках Альтанаро, который пытался собрать мед во флягу и, выбив остатки горшка из рук Ириссэ, поднял его на сколько смог, встряхнул и крикнул:
- Ириссэ! Приди в себя! Что с тобой?! - Видя, что реакции нет, он обернулся к горе-посыльному и прорычал. - Что ты ему принес?! Говори немедленно!
Зорина, шедшая впереди всех, так и осталась стоять поодаль, безучастно наблюдая за возней людей и эльфов. Если это им важно, пусть суетятся, ей же надо как можно скорее вывести из леса всех кого сможет по возможности оборонить их от гнева деревьев. Когда же началась беготня за картой и передача меда, она уже хотела было напомнить, что стоит поторопиться, но потом Ириссэ настигла волна воспоминаний и Дочь Деревьев поняла, что лучше его не трогать. А вот неугомонный Опэлтир как обычно не понял ничего и принялся приводить своего друга в чувство варварским, но действенным способом.
- Опэлтир, оставь его. С ним все в порядке. - Спокойно произнесла Зорина, не двигаясь с места.
Опэлтир повернулся к Зорине, воззрился на нее взглядом не предвещающим ничего хорошего... и натолкнулся на стену безразличия. Они секунду глядели друг другу глаза в глаза, а потом феаноринг медленно отпустил Ириссэ, правда придерживал, чтобы тот никуда не упал.
- Когда все в порядке нолфинги не плачут. - Ответил Опэлтир Зорине, но та больше не произносила ни слова.
Феаноринг понимал, что она не хотела ни оскорбить, ни унизить его, но все-таки любил, когда последнее слово оставалось за ним. Пусть даже оно ничего не значило. Сейчас Зорина просто констатировала факт и предостерегала, не более того. Даже Валар не были столь холодны и сдержанны, как эта дева!
Дел отошла на шаг назад, когда началась беготня с картой, усталость сквозила в этом жесте, но девушка держалась стойко. Разговор про мед немного удивил её, хотя у странных эльфов подобный подарок из дома мог быть нормой. Крынка рассыпалась в руках Ириссэ, девушке показалось, что вместе с этим таким будничным происшествием, рассыпалось в прах сердце эльфа, а может это было лишь её измененное восприятие действительности. События, казалось, максимально замедлились... золотистые капли меда искрились в лучах солнца опадая на траву. Дел опустила глаза... тягучие капли скользили по стеблям осенней травы, будто роса сверкали на опавшей листве. Улыбка тронула губы девушки, когда Ириссэ сохранив толику лакомства, попробовал его... Его слёзы смешивались с медвяныи каплями. Корделия сглотнула, борясь с подступающими собственными слезами. Остановившийся взгляд эльфа, взрыв Опэлтира... Дел сумела поймать осколок, выбитый несдержанным феанорингом, и теперь она внимательно вглядывалась в густую жидкость цвета расплавленного золота, хотелось попробовать, но это был дар Ириссэ, а следовательно трогать его она не имела права. Спор Опэлтира и Зорины вернул девушку в реальность, она склонилась к Ириссы и протянула остатки меда в осколке крынки. Мед медленно стекал с её ладони, тяжелыми каплями срываясь на землю. Девушка ждала, пока эльф оправится от воспоминаний и вновь, если это возможно, по-детски попробует принесенный дар.
- Ты можешь попробовать его, аданет, если хочешь. - Голос нолфинга был неестественно хриплым, но слезы уже высыхали на бледных, ввалившихся щеках, а взгляд снова был прежним, только теперь еще более печальным и немного больным. Левая рука Ириссэ легла на плечо Опэлтира, и он выпрямился во весь свой немалый рост. - Когда-то этот мед славился на весь Благословенный Край и, полагаю, немногое изменилось с тех давних пор. - Горькая улыбка скривила точеные губы. Нолфинг повернулся к сыну Перого Дома. - Зорина права, я в порядке. Спасибо за заботу, Опэлтир. - Арнирэ отлепился от все еще поддерживющего его феаноринга и низко поклонился Лаурелиндо, прижав здоровую руку к сердцу. - Блгодарю, что донес до меня эту весть, сын Третьего Дома. - Произнес он, выпрямляясь. - Я не забуду этого, обещаю.
Дел кивнула и осторожно положила осколок у края тропинки, поднялась и тягучие капли скользили по запятью девушки, руки стали липкими, как в детстве, когда она тайком с братом воровала варенье у матери, есть его приходилось руками, так было вкуснее и слаще. И сейчас девушка с восторгом слизала тонким язычком мед с руки и улыбнулась. Вкус был непривычным: насыщенней, чем у обычного меда, будто ты поробовал капельку солнца в полуденный летний денек, спеша по лугу к лесу вдалеке. Девушка радостно улыбнулась и стала совершенно не походу на прежнюю Корделию, наемницу, что безжалостно убивала, играла с людьми. Сердце забилось чаще и рана стала болеть меньше, мед Арды явно был не так прост.
- Очень вкусно, Ириссэ!- Дел сжала ладонь, пряча несколько капель нездешнего меда,- Спасибо...
- Рад, что тебе нравится, аданет. - Ириссэ улыбнулся краешком губ, черты заострившегося лица немного сгладились и словно бы посветлели. - Жаль, что так мало осталось. Он хорошо утоляет голод и восстанавливает жизненные силы. Пожалуй, в следующий раз я попрошу Элендэ использовать для него горшки попрочнее. - Невесело усмехнулся он, давая понять, что это не совсем удачная шутка.
Арфинг внимательно и пристально взглянул в глаза Ириссэ.
- Не стоит благодарности. Я рад, что... - горькая улыбка нолфинга буквально резала по живому, - Ириссэ, с тобой всё в порядке? Прости, если лезу не в свое дело, но у тебя такое лицо, как будто...
Как именно "как будто" арфинг уточнять не стал. Потому что прекрасно знал - если он вспомнит про своё прошлое, он очень скоро сам начнет улыбаться так же, горько и отчаянно, а это было невозможно, недопустимо, не для того он вырывался из всех бед в своей жизни, не для того вернулся домой, не для того отправился на поиски... У него была какая-то нелепая уверенность, что пока он способен улыбаться искренне, он способен и выбраться из любой беды, но вот если он вдруг разучится...

gellian

March 26 2008, 16:05:48 UTC 8 years ago Edited:  March 26 2008, 16:18:20 UTC

Нолфинг так же пристально посмотрел в глаза Альтанаро, а потом кивнул.
- Все в порядке, Лаурелиндо. Просто я... устал. Слишком давно и слишком сильно устал и хочу вернуться домой. К жене и сыну. Вот только не знаю как. - Ириссэ снова улыбнулся, на этот раз просто очень печально.
"Сыну?" - про себя удивился Опэлтир. Нет, он знал, что у Ириссэ есть жена, он говорил про это как во время их первой встречи, так и уже здесь. Да и неужели эльф не сможет сказать про эльфа, к тому же из одного и того же рода, женат тот или нет. Но вот про сына феаноринг слышал в первый раз... "Интересно, если он ушел вместе со всеми, сколько ж тогда лет было его сыну? Похоже, что точно он не был совершеннолетним, так как в этом случае он бы ушел за Ириссэ. Значит этот нолфинг еще и жену с сыном в Амане оставил тогда... Да-а-а... неудивительно, что он теперь нервничает и все "по правде" старается делать."
- Нам... нужно возвращаться, - проговорил Альтанаро. Медленно, довольно медленно. У него самого не было ещё ни жены, ни детей, а мать и брат дождутся, дожидались ведь раньше. Его тоже ждали, верно, но совершенно иначе. Но всё же вслух он сказал:
- Нас ждут дома...
В ответ на реплику арфинга Опэлтир склонил голову немного набок и произнес, поудобнее перевешивая на плече свои пожитки:
- Я понимаю, что вас ждут дома. Альтанаро посыльный, а Ириссэ уже давно семья ищет. Меня никто не ждет, но тем не менее я тут тоже не намерен оставаться. - Кривая улыбка коснулась лица феаноринга. - Но тогда во имя Эру почему отряд ведет Зорина?! Альтанаро, если ты знаешь дорогу покажи ее нам, пожалуйста, не тяни!
Арфинг задумался.
- Это сложно... я пока не вполне представляю себе, как вернуться домой. Сюда меня практически отправили прямым путем... но вот что я думаю - как сюда попали вы? Мне кажется, что путь, который привел сюда, может отправить нас и обратно.
- Заранее предупреждаю, что тем путем, которым вы сюда добрались, вернуться домой невозможно. - Подала голос Зорина, тут же награжденная неприязненным взглядом Опэлтира.
Дочь Леса никак не отреагировала на феаноринга, лишь добавила:
- Я ничего не смогу вам объяснить, но могу отвести вас туда, где вы сами все поймете. Со временем...
Ириссэ тоже отнюдь не улыбалось возвращаться тем же путем. Начать с того, что у них не было нафты, а сам он не мог стрелять, но все это еще полбеды. Куда важнее было другое - не нужно было быть инголемо, чтобы понять: тот, кто украл их пожитки в Арде и таким образом заманил сюда, явно по могуществу не уступал всем Силам, а то и превосходил их на порядок и выше. И стрелять в спину ТАКОМУ существу еще раз, нолфинг не стал бы ни за что в жизни. Ну, по крайней мере, не для того, чтоб вернуться точно. Да и где, скажите на милость, здесь отыскать это существо. Ну, или хотя бы похожее. Отыскать хоть кого-то, кто сможет и захочет дать ответ на многочисленные вопросы, зреющие в голове нолдо. Не предполагать же уж, в самом деле, что тот ловкач в желтых ботинках попал сюда вместе с ними. Впрочем, последние слова дриады давали определенную надежду найти ответ. Или хотя бы то направление, в котором стоит его искать. Поэтому, когда рыжеволосая нимфа закончила свою речь, Альдарион немного удивленно тряхнул головой и посмотрел на девушку.
- Если ты действительно сделаешь это, я буду крайне благодарен тебе... Зорина. - Сын Второго Дома явно не знал, как теперь называть их странную спутницу, поэтому обратился просто по имени.
- Я сделаю это по многим причинам. - Ответила нолфингу Зорина. - В том числе и ради вас самих. Но повторяю, чем быстрее мы начнем двигаться, тем раньше мы выйдем из леса. Так что оставьте все лишнее и идите за мной.
Произнеся эти слова, Дочь Леса развернулась спиной к партии и медленно пошла вперед, давая возможность остальным разобраться в вещах и последовать ее примеру.
У Альтанаро лишнего попросту не было - мешок с пожитками, клинок, свой лук в налучи да чужой через плечо. Конечно, что-то из мешка можно было вытащить и действительно оставить, но ни с запасом трав, ни с любимой флейтой арфингу расставаться совсем не улыбалось. Так вот и выходило, что лишнего нет и оставлять нечего.
А поскольку копаться в вещах арфингу не пришлось, как-то само собой вышло, что за Зориной он последовал первым.
Мальчик перестал рассматривать незнакомцев, что разговаривали на тропе, и перелез на спину коня. Он тихо тронул ладошной шею могучего животного и конь тихо отступил в лес. Линк не собирался встерчаться с этими странными эльфами. От чего-то ему казалось, что эта встреча может быть очень опасно и потому мальчик направил коня подальше от тропы, по которой шли странные эльфы.
Он отъехал по лесу настолько далеко, что его уже нельзя было услышать с тропы и повернул к знакомому ему роднику. Конь привычно шел по своим старым следам.
И довольно скоро эльфенок спешился около родника. Поодаль он увидел свежую могилу, над которой все еще кружили в радужном хороводе бабочки. Линк вздохнул и пошел к роднику, попить воды.